Муниципальное общеобразовательное учреждение Тимирязевская основная школа Воронежской области Каменского района Реферат на тему: «Андрей Платонов в годы войны» Выполнила: Учащаяся 9 класса Магоян А. К. Тимирязево 2010 Начало пути Платонова. Родился Платонов Андрей Платонович в многодетной семье слесаря железнодорожных мастерских. Учился в церковно-приходской школе, затем в городской. С 14 лет начинает овладение рабочими профессиями (слесаря, литейщика, помощника машиниста паровоза) нужно было поддерживать семью. Мотив паровоза прошел через все его творчество, а трудное детство описано в рассказах о детях. Рано проявляет интерес к техническому изобретательству и одновременно к литературе. Первая проба пера юношеские стихи, вошедшие в его поэтический сборник «Голубая глубина» (1922). В 1918-1921 годах активно занимается журналистикой, совмещая ее с работой на железной дороге и учебой в Воронежском политехническом институте. Скромная и внешне неприметная фигура Платонова, наверно, не соответствовала читательскому представлению об облике писателя. Солдаты при нём не чувствовали себя стеснёнными и свободно говорили на свои солдатские темы. Андрей Платонов тихонько стоял в стороне или сидел и слушал Платонов мечтатель-максималист. Воронеж. В 1922-1926 годах Платонов работает мелиоратором в Воронежской губернии и на строительстве электростанции. Он увлечен делом преобразования хозяйства, однако упорно продолжает заниматься литературой. Печатает публицистические статьи, рассказы и стихи в воронежских газетах и журналах и даже в московском журнале «Кузница». В публицистике Платонов этих лет мечтатель-максималист, борец со стихийными силами в природе и жизни, призывающий к скорейшему превращению России «в страну мысли и металла», к подавлению влечений пола как препятствию на пути к всеобщему братству. Вместе с тем, напряженные философско-этические искания Платонова этих лет (на него оказали влияния идеи А. Богданова, К.Э. Циолковского, Н. Ф. Федорова, В. В. Розанова) не позволяют ему слиться с пролетарской литературой. Пишет рассказы на темы деревенской жизни («В звездной пустыне», 1921, «Чульдик и Епишка», 1920), а также научно-фантастические рассказы и повести («Потомки солнца», 1922, «Маркун», 1922, «Лунная бомба», 1926), в которых вера в технический прогресс соединяется с утопическим идеализмом ремесленника-изобретателя. Превращение инженера Платонова в писателя. В 1927 году Платонов оставляет службу и перебирается с семьей в Москву: писатель в Платонове победил инженера. Вскоре появляется повесть «Епифанские шлюзы», давшая название сборнику рассказов (1927). В этой повести в экспрессивно-сгущенной символике сюжета и языка дана острая метафора трагического и жестокого облика России, обреченность в ней рациональных начинаний. Платонов подвергает в это время критической ревизии не только свои социальные утопические воззрения, но и радикализм в сфере пола. В сатирической утопии-памфлете «Антисексус» (1928) высмеивается идея отказа от плотской любви в пользу общественной деятельности, а также документально-монтажная литература левых. В этот период кристаллизуется поэтика Платонова: спрямленность в выражении идеи уступает место двойственности авторской позиции; устремленность в будущее сменяется поисками глубинных смыслов жизни «вещества существования»; герои одинокие изобретатели, странники, раздумчивые чудаки. Складывается неповторимая языковая фактура: стиль мастера основан на поэтических приемах и словообразовательном механизме языка, выявляющем скрытое, первичное значение слова. Выразительное косноязычие Платонова не имеет прецедентов в русской литературе, отчасти опираясь на традиции символизма, а также перерабатывая опыт авангарда и газетную лексику своего времени. Новая поэтика нашла свое выражение в повестях «Ямская слобода» (1927), в которой Платонов продолжил деревенскую тему ранней прозы, «Город Градов» (1928) сатире на советскую бюрократию, «Сокровенный человек» (1928) о приключениях «размышляющего пролетария» в годы гражданской войны. В этой прозе Платонов уходит от декларативно-иллюстративного представления утопической идеи к напряженному поиску алгоритма существования, подчиненного многоуровневому единству человека и извечных проблем бытия. Граница между внутренним миром человека и внешней средой, между живой и неживой природой становится проницаемой, понятия и вещи сближаются, а суть жизни проявляется на грани ее исчезновении. Анархо-индивидуализм Платонова. Сотканные из парадоксов угловатые герои, язык, сюжеты Платонова с трудом обретали признание современников. Успех публикаций в журналах «Красная новь», «Новый мир» вскоре сменяется критическими отзывами, редакторскими купюрами и отказами. Положение Платонова усугубляется бытовыми неурядицами: семья долго скитается по временным квартирам, пока в 1931 не поселяется во флигеле особняка на Тверском бульваре (ныне Литературный институт им. Герцена). 1929 год, год «великого перелома», принесший ужесточения в области литературной политики, сделал атмосферу вокруг Платонова еще более отчужденной. После публикации очерка «Че-Че-О» и особенно рассказа «Усомнившийся Макар» (1929) Платонов был обвинен в анархо-индивидуализме. Писателя перестают печатать не помогает даже обращение к Горькому. В 1928 Платонов завершает работу над романом «Чевенгур», однако целиком он увидел свет лишь в 1972 в Париже. Роман представляет собой многоплановое повествование, в котором лирика и сатира переплетены с философскими построениями и политическими аллюзиями. В основе сюжета описание возникновения и гибели города-коммуны Чевенгур, куда приезжают после ряда приключений герои романа, сын утопившегося рыбака Саша Дванов и Дон Кихот революции Копенкин. В Чевенгурской коммуне «кончилась история» очистив город от буржуев и «остаточной сволочи», уничтожив хозяйство, люди питаются дарами земли и солнца. Напавшие на город солдаты приносят окончательную гибель обитателям города. Роман пронизан двойственностью: коммуна и идеал, и предмет осмеяния; Федоровские воззвания к братству людей, воскрешению предков, предосудительности проявлений пола, которым Платонов был привержен в молодости, здесь иронически отстраняются. Поэтика в «Чевенгуре» получает дальнейшее развитие: сюжет выражен неявно, речь персонажей и рассказчика не различаются; язык «корявый и афористически изысканный» (Е. Яблоков). Мерцание смыслов создает особую экспрессивно-вязкую среду неразрешенного трагического конфликта как основы существования. Этот конфликт универсален и не сводим лишь к разрыву между идеалом и практическим устройством жизни, к политическим и историческим реалиям. Платонов в тридцатые годы. Талант Платонова с наибольшей силой проявляется в тридцатые годы. В 1930 он создает один из своих главных шедевров повесть «Котлован» (впервые опубликована в СССР в 1987) социальную антиутопию на темы индустриализации, трагико-гротескное описание краха идей коммунизма (вместо дворца выстроена коллективная могила). Платонов «подчинил себя языку эпохи» (И. Бродский), напряженная фактура которого определила тему разрыва идеала с действительностью, мотива истончения существования, щемяще-трагической отчужденности каждого живого существа. Однако социальная атмосфера накалялась. На публикацию «бедняцкой хроники» «Впрок» (1931) иронического описания коллективизации следует резкая реакция Сталина, и Платонова перестают печатать. Даже рассказ на антифашистскую тему «Мусорный ветер» (1934) был осужден за гротеск и «ирреальность содержания». В середине 1930-х Платонов писатель, пишущий главным образом в стол. Вместе с тем, обилие замыслов переполняет писателя. Он напряженно работает. В это время им были написаны роман «Счастливая Москва», пьеса «Голос отца», статьи о литературе (о Пушкине, Ахматовой, Хемингуэе, Чапеке, Грине, Паустовском). После создания близкой по проблематике к «Чевенгуру» и «Котловану» повести «Ювенильное море» (опубликована в 1986) и пьесы «Шарманка» писатель постепенно удаляется от масштабных социальных полотен в мир душевных переживаний и любовных драм (рассказы «Река Потудань», «Фор», «Афродита», «Глиняный дом в уездном саду»), в которых усиливается психологическая моделировка персонажей; ироническое отношение к любви уступает место глубине психологического прочтения. Замечательны рассказы о детях («Семен», 1936) в них сопрягаются героика «отдельного существования» с состраданием к сиротству человечества. В 1933-1935 после поездки в Туркмению Платонов создает повесть «Джан». Ее герой, ведомый прометеевской страстью спасти свой вымирающий в пустыне народ, хочет научить людей счастливой жизни в коммуне, но терпит неудачу. Лирический и социально-утопический пласты соединились здесь в единое целое. Яркость фразы и слова, звукопись и ритм делают прозу Платонова 1930-х годов экспрессивно-насыщенной. В 1937 Платонову удается опубликовать сборник рассказов «Река Потудань», который подвергся уничтожительной критике, Платонов снова в опале, его положение отягощается еще одним событием в 1938 по сфабрикованному делу был арестован единственный сын Платонова, пятнадцатилетний подросток. Война и послевоенное творчество Платонова В годы войны Платонов был фронтовым корреспондентом газеты «Красная звезда». В созданных им рассказах о войне сохраняется присущая Платонову неоднозначность оценок, атмосфера парадоксальности бытия, внутреннего конфликта человека и мира. Рассказ «Семья Ивановых» («Возвращение») вызвал резкую критику за «клеветничество» в адрес советской семьи. В последние годы жизни писатель, на которого обрушивается новая волна нападок, вынужден искать обходных путей он пишет вариации русских и башкирских народных сказок, работает над сатирической пьесой на тему американской действительности (с аллюзиями на СССР) «Ноев ковчег» (не закончена). Однако приспособиться к послевоенному террору Платонову было не дано: в начале 1951 года он умер от туберкулеза, которым заразился от сына, выпущенного из лагеря. С 1980-х годов яркая самобытность мастера вызвала огромную волну интереса во всем мире. Большая часть произведений Платонова все еще находится в рукописях. Платонов художник победившей музы: «темная воля к творчеству» и сокрушительная мощь слова многократно перекрыли узость времени и идей, которым он был предан. А. Платонов. «Взыскание погибших» Всё дальше уходит от нас вглубь прошлого Великая Отечественная война. Всё меньше её живых свидетелей и участников. Придёт час мы будем узнавать о событиях и людях военных лет только из архивных документом, из кадров кинохроники и со страниц художественной литературы. Много написано о войне, многое переосмыслено в ней, иногда даже до полного перелицовывания истории. Но чем дальше война, тем весомее и значимее то, что было создано по горячим следам, что стало непосредственным откликом на увиденное своими глазами, пережитое. Поэтому особенно важно обращение к тем литературным произведениям, что создавались в годы Великой Отечественной войны или сразу после неё. Тогда многие писатели и поэты были фронтовыми корреспондентами, участниками боевых действий. Горе, страдание, смерть, подвиг, риск, самоотверженность для них не отвлечённые понятия; они связаны с реальными городами, безымянными высотами; с людьми-солдатами, офицерами, военнопленными, вдовами, матерями, детьми. Эти встречи, впечатления невозможно забыть; они рождали стихи, песни, очерки, рассказы. Время монументальных произведений ещё не прошло; они требовали неторопливого осмысления происходящего. А фронтовые будни не могли ждать; слишком хрупка была жизнь, слишком велика опасность, огромны потери людям необходимо было слово поддержки, любви надежды. И поэтому появились такие песенные шедевры, как «В землянке», «Тёмная ночь», поэмы «Василий Тёркин» и «Зоя», поэтические баллады «Сын артиллериста» и «Итальянец, рассказы «Маленький солдат» и «Девушка Роза». Cсреди них особенно хочется выделить рассказы Андрея Платонова. Они невелики по объёму, но глубоки и поэтому дают богатейшие возможности для работы со школьниками разных возрастов: «Никита», «Цветок на земле» хороши для младших, средние классы с интересом работают над «Домашним очагом» и «Деревом Родины»; Старшие анализируют рассказы «Мать», «Пустодушие», «Одухотворённые люди», «Возвращение». Начнём с вступительного слова о писателе и его участии в Великой Отечественной войне. Андрей Платонов, как и многие другие писатели, его современники, в годы Великой отечественной войны, несмотря на туберкулёз, был фронтовым корреспондентом. С лета 1942 года он корреспондент газеты «Красная звезда». Весной 1943 года он оказался в родном городе в Воронеже, освобождённом от оккупации. Он нашёл его в руинах и был потрясён увиденным, что отразилось в рассказе «Домашний очаг». Затем писатель стал свидетелем на Курской дуге. «Я под Курском, - сообщает он в письме. Наблюдаю и переживаю сильнейшие воздушные бои». Главный редактор «Красной звезды» Д. Ортенберг рассказывал: «Скромная и внешне непритязательная фигура Платонова, наверно, не соответствовала читательскому представлению об облике писателя. Солдаты при нём чувствовали себя стеснёнными и свободно говорили на свои солдатские темы. А Платонов тихонько стоял в стороне и слушал Был Платонов человеком непритязательным и легко мирился со всеми неудобствами и невзгодами фронтовой жизни". Ранней весной 1944 года Платонов участвовал в наступательных боях на Украине, а летом он был единственным корреспондентом «Красной звезды» на могилёвском направлении, взяв «оп6ерацию на себя», как и он телеграфировал в редакцию. Побывал он в составе действующей армии и за пределами СССР в Восточной Пруссии. Конец войны застал его в Эльбе, а несколько дней спустя писатель был поверженном Берлине В годы войны Андрей Платонов, как и многие советские люди, пережил и личные утраты: погибли его близкие, отец был угнан в Германии и отыскался только после войны. Сам писатель, будучи тяжёл больным, остался в строю и относился к обязанностям военкора с большой самоотверженностью. Когда в редакции узнали, что он болен и выхлопотали ему путёвку подмосковный санаторий, он не воспользовался этим. Редактор Ортенберг вспоминает: «Он узнал, что известный ему полк переходит в наступление и уехал туда без командировки и без продаттестата. Всё время провёл в полку » Только в феврале 1946 года Платонов оставил армию в звании майора, так как был демобилизован по болезни. Но и после этого писатель не оставил военной темы. Андрей Платонов Одухотворённые люди. Первые рассказы Платонова «Броня», «Крестьянин Ягафар», вероятно, «Рассказ о мёртвом старик написаны ещё до соприкосновения с непосредственным материалом фронтовой действительности. Эта проза платоновского мечтания о человеко-подвижние, в душе которого война пробудила давно, пробудила давно созревавшие в глубине чувства. Однако уже в сорок первом году он пишет в одном из фронтовых писем: «Русский солдат для меня святыня, и здесь я вижу его непосредственно. Только позже, если буду жив, я опишу его». Вероятно, самые главные события на фронтовой жизни Платонова разыгрываются, начиная с весны и лета сорок третьего года. Он был потрясён пережитым в освобождённом Воронеже, родном для него городе, где не на одной из окраин, в Ямской слободе, стоял когда-то дом отца, паровозного машиниста; там, на руинах города, встречается он со своими родственниками. Писатель воочию видит тяжёлые бои на Курской дуге. Трояновский, возглавлявший то время бригаду «Красной звезды», вспоминает «высокого, худощавого, чуть сутулого капитана» Андрея Платонова. «Писатель с вещевым мешком за плечами любил вышагивать многие километры пешком, ездить только на попутных машинах. Пристанет к маршевой роте или к команде выздоравливающих после ранения и днями, неделями живёт среди солдат и сержантов Подолгу бывал он на передовой, устраиваясь в блиндажах с командирами рот или батальонов. Изучал фронтовой быт, солдатский язык, окопные песни, частушки, шутки. Ну, а когда вынуждала обстановка , - вскидывал автомат и палил по врагу. Андрей Платонов. Первой книгой А. Платонова была брошюра «Электрификация» (1921 год). Второй стал сборник стихов «Голубая глубина» (1922 год). Столь нетрадиционные: соединения «физики» и «лирики» в писательской биографии А. Платонова определило смысловую направленность всего его творчества. В нем вера в науку сочеталась с глубоко индивидуальным художественно философским стремлением разрешить извечную проблему «отдельного и общего существования». Андрей Платонов (Андрей Платонович Климентов) родился 20 августа (1 сентября) 1899 года в Воронеже, в семье железнодорожного рабочего, талантливого изобретателя, который закончил воронежский политехникум, была электротехника. В течение нескольких лет А. Платонов работал как инженер-электротехник и мелиоратор, сочетая практическую деятельность с занятиями литературой. «Истинный философ-механик»- вот твердое убеждение молодого писателя. «Механик» Платонов в начале 1920-х годов серьёзно изучает философские труды Н. Федорова, П. Флоренского, Н. Бердяева, исследования по новейшей физике и математике, литературе и древней истории. Литературным дебютом А. Платонова в роли профессионального писателя стала историческая повесть «Епифанские шлюзы», (1927 год), посвященная строительству канала между Волгой и Доном в 1699-1704 годах. Издание первого сборника прозы Платонова привлекало внимание критики стремительно ворвавшемуся в литературу пролетарскому писателю. В большой литературе, однако, Платонов держится сборникам: он не примыкает ни к одной из многочисленных в 20 году литературных групп и поддерживает дружеские отношения лишь с немногими писателями, прежде всего Борисом Пильняком. Основную тональность критики конца 20 годов, особенно после публикации рассказа «Усомнившийся Макар» (1929 год) и повести хроники «Впрок» (1931 год), определяет часто звучащие по адресу произведения Платонова слово «клевета»: клевета на «нового человека», на ход социалистических преобразований, на «генеральную линию» партии. «Замаскировавшийся юродивый бедняк» - самое мягкое из определений, используемых по отношению к Платонову в официальной публицистике. Доступ к изданию всех последующих произведений был перекрыт; Платону удавалось лишь изредка печатать свои литературно-критические работы. В 1937 году вышла книга рассказов «Река Потудань» (первая после 1929 года). Публикация совпала с кульминацией политических процессов 30-х годов. В мае 1938 года по доносу одноклассника был арестован сын Платонова, пятнадцатилетний школьник. Литературная критика вновь взяла под прицел творчество политический неблагонадёжного писателя. В статье А. Гурвича «Андрей Платонов» доказывалась ущербность художественного мировоззрения автора повести «Впрок». «Религиозное душеустрой
Комментариев нет:
Отправить комментарий